Федор Герасимович Фролов

Каждый, кто бывал в Нейской районной больнице, обращал, наверное, внимание на одинокую могилу в больничном парке. Многие прочитали имя и фамилию этого человека, но немногие знают, что этот человек мог бы стать гордостью нашего района, примером жизненной стойкости, упорства в достижении самых высоких целей, примером беззаветного служения людям.
Федор Герасимович Фролов родился в деревне Затиха Кужбальской волости Кологривского уезда в 1893 году.

Места эти в те давние времена были
(не в пример дням сегодняшним) густонаселенными, но оттого не менее глухими и заброшенными. И даже тридцать лет спустя известный земляк Федора Герасимовича,  Исидор Евстигнеевич Любимов,  охарактеризовал свою малую родину – Кужбальский край — в  далеко не лестных определениях: «…один из самых глухих уголков вообще глухого Кологривского уезда, где нет ни настоящей больницы и врача, нет агронома и агрономического пункта, довольно неважная школа, отсутствует библиотека, отсутствует всякая правильная связь, почтовая и телеграфная».
Кужбальская школа грамоты, хотя и охарактеризованная  Любимовым как   «довольно неважная», открыла Феде Фролову пока еще неширокую, но ясно угадываемую тропинку  к дальнейшим  жизненным победам.
Следующим событием, круто повернувшим судьбу крестьянского парня, стала Первая мировая война. Неизвестно, каким путем, вероятнее всего в результате ранения или болезни, «младший чин» Федор Фролов оказался в составе 18-го Сибирского стрелкового запасного полка, который базировался в городе Томске.
Запасные полки далекого от фронта тыла зачастую наполнялись  выздоравливающими после ранений и болезней солдатами. А часто там оказывались и не совсем выздоровевшие, нуждающиеся в лечении и нехитрых медицинских процедурах. А так как медицинского персонала не хватало, в качестве помощников лекаря набирались наиболее сообразительные  и грамотные солдаты. Так Федор Фролов оказался в должности фельдшерского ученика в своем полку.
Шел революционный 1917 год. В
воинских частях, что на фронте, что в тылу,  шло брожение, солдаты отказывались выполнять приказы командиров, митинговали, дезертировали поодиночке и целыми подразделениями.
А фельдшерский ученик Федор Фролов тем временем оканчивал курс обучения лечебному делу и сдавал экзамены  по девяти предметам. 28 августа 1917 года, в преддверии революционной осени, он официально признается достойным звания фельдшера с вручением соответствующего свидетельства. (фото 1)
В последующие годы Гражданской войны Федор Герасимович служит в рядах Красной Армии в качестве лекпома. (Лекарем в дореволюционной России официально именовался военный врач, а помощник лекаря, соответственно, носил звание лекпом).
К сожалению, не сохранилось документов, рассказывающих о его службе в 1918-1920 годы.
Федора Герасимовича мы встречаем уже в мае 1920 года, когда он занимает должность заведующего хозяйством лазарета № 1 Томского эвакуационного пункта. Через год, в мае 1921 года, он служит в должности лекпома госпиталя    № 537. А еще через год, в  июле 1922 года,  выходит приказ  Томского губернского военно-санитарного подотдела об освобождении лекпома Фролова  Федора Герасимовича от военной службы «как родившегося в 1893 году». Этим же приказом лекпом Фролов Ф.Г. передается на учет в Костромской Здравотдел по месту жительства.
В 1922 году Федору Герасимовичу
исполнилось уже 29 лет. Возраст немалый для продолжения образования. А была у него  давняя, выношенная за годы Гражданской войны мечта – стать настоящим дипломированным врачом. Но, чтобы мечта исполнилась,  необходимо было  окончить  университет, что с имеющимися за плечами Кужбальской школой грамоты и свидетельством об окончании фельдшерских курсов было явно проблематично.
В те годы молодое советское государство отчаянно нуждалось в специалистах самого разного профиля. Во всех более-менее крупных городах открывались рабочие факультеты – рабфаки, где давали знания  малообразованным, или совсем необразованным юным выходцам из рабоче-крестьянской среды для поступления в высшие и средние учебные заведения. Но и на рабфак поступить было непросто – для этого нужен был подтверждённый рабочий стаж не менее двух лет. И Федор Герасимович устраивается на работу в швейную мастерскую портным. Профессия портного была ему знакома с детства. Сёла Михали и Кужбал с прилегающими деревнями издавна славились своими плотниками и портными. И в семье Фроловых, бесспорно, портновское мастерство было в почете.
Сохранился интересный документ,  со штампом и печатью  Костромского отделения Всероссийского Союза Рабочих Иглы с подписями председателя и секретаря, который просто просится, чтобы его привести дословно:
«Удостоверение. Настоящее выдано правлением Союза Швейной промышленности Фролову Федору Герасимовичу в том, что он действительно работает в портновской мастерской губшвейпрома в качестве портного с 28-го сентября 1922 года и, судя в настоящее время по фактически производимой им работе, он вполне имеет 2-х годичный стаж швейного производства, что удостоверяется подписями с приложением печати».
Документ датирован двадцатым ноября 1922 года. То есть отработал портным Федор Герасимович менее двух месяцев, вместо положенных двух лет.
Возможно, руководство рабфака
учло и участие в Гражданской войне, и уже не юношеский возраст будущего студента, и его стремление к знаниям. Так или иначе, но  этой же осенью он был зачислен на биологическое отделение Костромского дневного рабфака. Насколько трудно было учиться – можно только догадываться. Нужно было питаться, одеваться, снимать угол для жилья. Конечно, можно было перейти на вечернее отделение того же рабфака, а днем работать все в той же портновской мастерской. Но и знания тогда будут совсем неподходящими для будущего врача. Приходилось искать какую-либо подработку в ущерб сну, в ущерб отдыху в выходной день. Рассчитывать на какую-либо материальную поддержку от родственников не приходилось.
Первого июля 1924 года состоялся торжественный выпуск рабфаковцев и их распределение в высшие учебные заведения страны. Каждый выпускник получал официальное свидетельство (фото 2) о том, что он имеет право преимущественного поступления во все вузы республики, без всяких проверочных испытаний по разверстке мест, предоставленных отделу рабфаков.
Каждый выпускник помимо официальных документов получал и обращение от  руководства рабфака, профсоюзного комитета, от партийной и комсомольской ячеек, в котором будущие студенты призывались высоко держать авторитет рабфака, который дал знания и возможность детям  рабочих и крестьян учиться в вузах.
От имени Костромского рабфака Федор Герасимович командировался в Пермь для обучения на медицинском факультете местного университета.
Пять лет обучения проходили не только в аудиториях, но и в больничных палатах, в операционных, моргах, часто студентам приходилось дежурить в отделениях скорой помощи, оказывать первую помощь.
Свободного времени не было и в каникулы. В летнее время студенты-медики поступали в  распоряжение организаций санитарного просвещения населения, читали лекции о необходимости гигиены, о правилах защиты от инфекционных заболеваний, от нередких в те годы эпидемий. Сохранилось удостоверение Пермского окружного Дома  Санпросвета, выданное студенту третьего курса Фролову Ф.Г. как сотруднику, направленному с 1-го июня по 1-е сентября  в районы Пермского округа с кинопередвижкой для демонстрации кинокартин «Аборт» и «Дорога к счастью».
О трудностях того времени красноречиво говорит приписка  в том же удостоверении: «Принимая во внимание потребность санитарного просвещения в деревне с одной стороны, и крайне ограниченные средства Дома Санпросвета с другой, просим все партийные и профсоюзные организации оказывать вышеуказанному товарищу содействие в смысле предоставления квартиры и транспорта». Разумеется, ни о какой оплате этой трехмесячной командировки в глухие деревни Пермского округа речи быть и не могло.
В том же 1927 году Фролов Ф.Г., студент уже четвертого курса, назначается администратором Пермского театра Санпросвета. Студенты-медики должны были готовить театральные постановки для жителей Урала, чтобы в доступной и увлекательной форме донести до рабоче-крестьянских масс основы гигиены и охраны здоровья. Театр Санпросвета ездил со своими «санпостановками» не только по Пермскому, но и по Свердловскому, Нижнетагильскому округам. И все это без всяких поблажек и снисхождений касаемо учебного процесса.
Уровень образования в университете можно понять, взглянув на список прослушанных и сданных теоретических и практических предметов и курсов. Из 51 предмета только четыре носят не медицинский, а идеологический характер: курсы политэкономии, истории партии, исторического материализма и государственного устройства СССР. Все остальное время занято углубленным изучением всего комплекса сугубо медицинских предметов.
В 1929 году Федор Герасимович
оканчивает университет и получает квалификацию врача. В свидетельстве об окончании медицинского факультета сделана приписка о том, что студент Фролов Ф.Г. в течение 4 лет и 10 месяцев получал стипендию, и государство понесло расходы на содержание стипендиата, следовательно, означенный гражданин обязан выполнить все обязательства перед государством. Основным обязательством являлась работа в качестве врача по месту распределения.
Распределили Федора Герасимович  на малую родину. Первого августа 1929 года он вступил на должность  участкового врача Кужбальской больницы. В тот период времени Кужбальская больница была едва ли не лучшей по всей округе – шефство над ней, как и над всей Кужбальской волостью взял Председатель Центросоюза, будущий нарком Исидор Евстигнеевич  Любимов.  Осенью 1930 доктор Фролов как перспективный врач был направлен на четырехмесячные курсы по хирургии в Ивановскую областную больницу, по окончании которых получил квалификацию хирурга.
(Продолжение следует).

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *